Интервью с уполномоченным по защите прав предпринимателей, сопредседателем «Деловой России» Борисом Титовым в преддверии Международного инвестиционного форума «Сочи-2016»
Уполномоченный по защите прав предпринимателей Борис Титов в преддверии Международного инвестиционного форума «Сочи-2016» рассказал в интервью ТАСС о том, как продолжают «кошмарить» бизнес в России, какие предложения для защиты предпринимателей партия готова внести осенью в Госдуму, а также почему всех нас ждет возвращение в 1993- 1995 годы.
— Одной из ключевых, наболевших тем во взаимоотношениях бизнеса и власти остается тема противостояния с силовыми структурами. Какова ситуация сегодня? Есть ли положительные подвижки?
— Предприниматели слышат об этой теме каждый день, так как уголовное преследование бизнеса в России не прекращается, а только увеличивается. В этом году по статье 159 «мошенничество» на 25% выросло количество возбужденных уголовных дел. В 2015 году по сравнению с 2014 годом по всем «экономическим» статьям УК количество заведенных дел выросло на 30%. Экономика у нас падает, а количество уголовных дел резко возрастает. Нам удается решать вопросы по отдельным людям, с некоторых были сняты аресты, — Грачев, Хуруджи, Каменщик. Но это пока капля в море, в основном мы видим ужесточение!
Комиссия Иванова (рабочая группа по мониторингу и анализу правоохранительной деятельности в сфере предпринимательства, которой руководил экс-глава администрации президента РФ Сергей Иванов. — Прим. ред.) вынесла пакет предложений, и он был принят Госдумой в весеннюю сессию. Мы называем этот пакет «косметическим», так как он ничего не решает. Например, допуск адвоката в камеру — это, конечно, важная тема, но это ничто в масштабах проблем, которые существуют сегодня. Некоторые меры даже ухудшили ситуацию! Например, статья 159, часть 4 «мошенничество в предпринимательской сфере», где наказание было 5 лет лишения свободы, была отменена. Вместо нее введена статья 159 часть 7 «мошенничество при выполнении хозяйственных договоров в предпринимательской сфере», но наказание уже оказалось 10 лет.
— Какие изменения необходимы в этой сфере?
— В первую очередь должна быть декриминализирована часть статей, должна быть усилена ответственность сотрудников правоохранительных органов. Соответствующий пакет предложений я уже отдал президенту (РФ Владимиру Путину. — Прим. ред.).
Есть целый набор вещей, которые нуждаются в изменениях. Это касается и определения меры пресечения. По нашему мнению, арест должен производиться только с согласия прокурора, а судьи, которые избирают меру пресечения, не должны заниматься рассмотрением дела по существу.
— По каким направлениям вы будете работать в первую очередь?
— В первую очередь — порядок возбуждения уголовных дел, так как если дело завели, то с большой долей вероятности бизнес на этом закончится, и неважно, какой будет в итоге приговор — оправдание или наказание.
Не должны уголовные дела возбуждаться так легко, как это происходит сейчас. Возможно, необходимо вернуться к санкциям прокурора на возбуждение уголовного дела. Кроме того, если дело уже возбуждено, мера пресечения должна избираться очень осторожно, а арест применяться в крайнем случае. Фигурант дела по экономическим статьям не представляет угрозы! Мера пресечения также должна избираться с согласия прокурора, а не штамповаться следователями. Эти два пункта основные.
Еще одна важная вещь — мера ответственности правоохранительных органов за нарушение закона при возбуждении уголовного дела и в ходе реализации процессуальных действий, таких как арест, обыск, вещественные доказательства. Сегодня вокруг одного обвинения образуются десятки судов по процессуальным действиям, которые, к сожалению, часто осуществляются с нарушением.
— На какой стадии находится работа по этим трем направлениям?
— На начальной стадии, хотя мы продвигаем этот вопрос давно! Работа комиссии Иванова, к сожалению, не дала никаких прорывов.
Сегодня без широкой общественной поддержки эту проблему не решить, и это касается не только ситуации с уголовным преследованием. Нам необходим отход от сырьевой экономики, переход к политике, которая стимулирует развитие предпринимательства в стране, не за счет нефти, а за счет труда многих миллионов людей в нашей стране. И это возможно только в том случае, если также решить в стране вопрос уголовного преследования, закончить административную войну с бизнесом.
Поэтому мы и создали Партию роста, это для нас прежде всего инструмент работы с обществом, с народом.
— Как обстоят дела с преследованием бизнеса по административным правонарушениям?
— Еще хуже. По нашей оценке, в России проводится более 8 млн проверок в год. При этом плановых проверок стало меньше, зато они с лихвой компенсировались внеплановыми. Полагаться ни на какие институты, кроме прокуратуры, которая активно нам помогает бороться с административным произволом, фактически нельзя.
Сейчас мы ведем работу по созданию так называемой системы самообороны бизнеса. С помощью онлайн-сервиса каждый предприниматель, к которому пришла незаконная проверка или на бизнес которого оказывается давление, в один клик сможет оповестить об этом правозащитников. На тревожный сигнал отреагирует региональный уполномоченный, наши юристы. Искренне верю, что так мы сможем административный пресс снизить.
Самое худшее, впрочем, в другом: сегодня в нашей стране просто невыгодно делать бизнес. Сейчас в стране самый серьезный за всю историю новой России кризис, падение экономики продолжается семь кварталов подряд. Фактически мы живем в новой экономической реальности: упала цена на нефть и потребительский спрос падает. Есть риск, что, если тенденция сохранится, он достигнет уровня 1993-1995 годов — это уровень бедной страны. Наш бизнес в своих планах ориентировался совсем на другое — на высокий спрос на внутреннем рынке. Мы были, может быть, не самой богатой страной, но во втором эшелоне точно были. И сейчас бизнес попал в тиски: с одной стороны падающий спрос на внутреннем рынке, с другой стороны политика финансовых властей, которая не только не помогает, но еще и мешает.
— В чем это выражается?
— В первую очередь в повышении ключевой ставки ЦБ до 17% в декабре 2014 года. И до сих пор она высокая, фактически запретительная для многих бизнесов. Раньше они брали кредиты и пережидали тяжелые времена. Сейчас они набрали кредитов по очень высоким ставкам, так как по другим просто не было, и уже полтора года ситуация не меняется к лучшему. Бизнес не видит перспективы и не понимает, когда страна выйдет из кризиса.
— Какие у вас прогнозы на следующий год?
— Будет хуже, чем сейчас. Многие бизнесы сейчас просто держатся, пытаясь закрывать финансовые дыры, перекредитовываться, потому что у них упало производство, но издержки оказались высокими. Все пытаются как можно дольше не упасть, но с каждым днем это все сложнее.
Если ничего не делать, то ситуация ухудшится, будет волна банкротств. Нужно помогать бизнесу, а не банкам — три госбанка показывают, кстати, рекордную доходность. Нужно вывести бизнес на новый виток развития: сделать кредитование доступным по цене и долгим по сроку, а также наращивать спрос на внутреннем рынке с помощью специальных программ.
Еще момент — общее количество рабочих мест в России с 2013 года сократилось на 6,7 млн человек, больше, чем на 10% от активного населения страны. И это не те люди, которые пришли потом на биржу труда. Потеряв свои рабочие места, они либо уехали из страны, либо стали работать нелегально. В Калининграде за 2015 год количество рабочих мест в малом бизнесе сократилось почти в два раза. Это значит, что все, кто работал легально, ушли в тень.
— Что произойдет после того, как вы представите свою программу экономического развития? Каковы дальнейшие действия Столыпинского клуба?
— Мы будем настаивать на том, чтобы ее приняли. Мы ведем разговоры с правительством и президентом и надеемся убедить их до декабря 2016 года провести в жизнь предлагаемые нами в рамках «Стратегии роста» первоочередные меры.
